↑ Наверх

"Ура, девочки, я побежала, у меня две расчлененки"

Автор: Татьяна Никитина
  • 24 Октября 2014 г. в 15:05
  • комментариев нет
  • 6496 просмотров
Про телеведущую по имени Инесса, много лет встречающую улан-удэнцев у экранов телевидения, имеющую мужа — телеведущего, можно сказать, что это девушка с судьбой


Инесса Петонова/ulan.mk.ru

О том, как складывается телевизионная судьба, кого любит камера, куда движется наше телевидение и что неизменно остается за кадром, "МК" решил узнать у шеф-редактора передачи «Восточный экспресс» телеканала «Ариг Ус» Инессы Петоновой

— Инесса Владимировна, какими в вашей жизни были «телевизионные опилки», или с чего начался путь на телевидение?

— Не могу сказать, чтобы я к этому шла сознательно, все как будто получилось случайно. Мама советовала поступить на филфак, получить классическое образование для женщины. Я не сопротивлялась, потому что любила читать, и ни секунды потом не пожалела, что училась на филфаке. У меня была активная студенческая жизнь. Где-то на 4-м курсе в коридоре меня остановила яркая студентка Марина Романова и спросила, не хочу ли я попробоваться у Германа Саганова на «Школьном телевидении», где работала сама Марина. Тогда создавалось ОТБ, Марина уходила туда и искала себе замену. 

В отличие от сегодняшних студентов, в те годы мы не были озабочены ни заработком, ни построением карьеры. Было просто интересно, и я согласилась.

Помню, меня встретили пять здоровенных лбов во главе с Германом Владимировичем, провели в студию, дали прочитать какой-то текст. Видимо, я это сделала как-то уж очень серьезно, потому что Герман сказал: а попробуй произнести «Я люблю тебя, Петрович!». Я сразу расслабилась, сказала, все заулыбались, и эта фраза открыла мне дорогу на телевидение. Через два года будет ровно двадцать лет, как я в эфире, кажется, пора уходить в закулисье.

— Невозможно, рассказывая о «Школьном телевидении», не вспомнить о сыне Владимира Бизьяевича Саганова Германе, и о его трагической судьбе. Не странно ли, человек, посвятивший жизнь СМИ, умирает от рака языка. Что такое было «Школьное телевидение» при Германе Саганове?

— Это были годы, когда все, и телевидение в том числе, только формировалось. Телевидение вообще живет благодаря энтузиастам, а Герман Саганов — это особый случай. Моя любовь к телевидению от него. «Школьное телевидение» существовало, кажется, при городском управлении образования, но это был целиком проект Германа. Он умел работать с детьми, ладить со взрослыми, собрал команду, строил планы, искал деньги, воплощал задуманное благодаря своим энергии, таланту.

Уже тогда мы работали на профессиональных камерах. Не только делали программы со школьниками, а силами буквально 10 человек проводили такие мероприятия регионального уровня, как фестиваль «Первый успех». До сих пор помню, как ночами красили баннеры спонсоров, сами устраивали декорации, сами принимали гостей из других регионов, организовывали все на хорошем профессиональном уровне. После неожиданной смерти Германа «Школьному телевидению» было сложно. 

Потом оно возрождалось и с другими коллективами, но для меня оно навсегда будет связано с нашей командой и с Германом Владимировичем. 

Одна из ведущих-школьниц Елена Дуберштейн потом работала на телевидении в Иркутске. Операторы и режиссеры Борис Шульга и Виталий Шелехов до сих пор трудятся в Центре детского творчества при Минобразе.

— Вы пришли на «Школьное телевидение» и проснулись на следующее утро знаменитостью?

— Нет. Не помню, на какой кнопке выходило «Школьное телевидение», но это было раз в неделю и для весьма специфичной аудитории. Гораздо больше меня стали узнавать благодаря передаче «Гороскоп» на БГТРК. Тогда со «Школьным телевидением» сотрудничал известный ныне режиссер Солбон Лыгденов. Он предложил вместе делать «Гороскоп». Мы пришли в коммерческий отдел БГТРК, нам дали добро. Я покупала в киоске специальные книжечки, переписывала из них гороскопы на каждый день, приносила в выходной в студию ворох одежды, переодевалась, и читала перед камерой. Помню, всегда с завистью смотрела на соседний кабинет, где был отдел новостей. В какой-то момент с БГТРК ушли сразу несколько ведущих, и Эржена Потеева месяц сидела в кадре практически одна. Кто-то привел меня к директору студии телевидения БГТРК Марине Витальевне Пелевиной, она послушала голос, и мой низкий тембр для новостей оказался в самый раз. Я попала в нужное время в нужное место, что для телевидения очень важно.

— Что дало вам БГТРК?

— Если раньше все, что я делала на телевидении, было хобби, то теперь стало профессией. 

БГТРК — это хорошая классическая школа, возможность учиться у профессионалов. 

Мне нравились криминальные новости, прямолинейность, жесткость, все четко, все понятно, как мне тогда казалось. Вот жертва, вот преступник. Я даже делала и вела программу «Вести — дежурная часть». Когда стало тесно в стандартах государственного телевидения, стала задумываться о перемене работы. Поступило приглашение перейти на «Ариг Ус». Пришла, и опять я попала в нужное время и в нужное место. Уходила Туяна Андренова, ушла в мэрию Сэрэмжит Интогарова, и мне буквально сразу предложили стать одним из редакторов новостей.

— В титрах вы значитесь как шеф-редактор службы информации «Ариг Уса». Шеф переводится как вождь, то есть у вас штат журналистов, вы – начальник, у вас большая зарплата, отдельный кабинет?

— Шеф-редактор — человек, который определяет содержание программы, и он есть только в новостном блоке. Вроде начальник, но по сути просто помощник журналиста. Вся черновая работа по выпуску тоже на шеф-редакторе. На самом деле мы работаем в паре: шеф-редактор и два выпускающих редактора — это Алексей Фишев и Мария Красикова. Они меняются по неделям. В свою очередь работу шеф-редактора новостного блока в равной степени курируют редактор всех программ Андрей Петрович Левантуев и генеральный директор телекомпании Татьяна Евгеньевна Мантатова.

Кроме ежедневной работы над выпусками в зоне ответственности шеф-редактора представительские функции, оргмоменты, ну и информационная политика программы в целом. Отдельного кабинета у меня нет, не барствуем, и над выпусками работаем все вместе, все журналисты. Телевидение не может быть со словом «я», хотя без индивидуальности тоже никак. 

Мой идеал новостной редакции — сплоченная команда ярких личностей. 

Боюсь сглазить, но, кажется, мы к этому приближаемся.

— Будучи шеф-редактором вы сами же «работаете лицом», и совмещать это, наверное, непросто. 20 лет на экране — рекорд, учитывая, что телевидение любит молодые и свежие лица.

— Я не боюсь уйти из эфира, потому что моя основная деятельность давно уже за кадром, и редакторская работа гораздо интереснее. На самом деле я до сих пор не уверена, что хорошо выгляжу на экране. Может быть, желание оставаться в профессии закрыло мне глаза на многие вещи. Например, мне часто говорят, что «вживую» я выгляжу лучше, чем на экране. Не могу сказать, что меня узнают на улице, в поликлиниках, магазине, где-то еще. Иногда только когда слышат голос, тогда память срабатывает. Голос у меня с детства низкий, в сочетании с внешностью производил эффект неожиданности.

— Хорошо, а кто тогда идеально подходит для телевизора?

— Проблема кастинга в том, что на экране должны совпасть и внешность, и внутреннее содержание. Экран как лакмусовая бумажка. Если ты глуп, он всегда это покажет, весельчак по жизни — это тоже будет видно. Для молодых, талантливых и уверенных в себе двери «Ариг Уса» всегда открыты. Здесь не только нужно оказаться в нужное время в нужном месте, телевидение любит, в том числе, смелых и упорных. Кроме того, экран меняет человека, часто укрупняет фигуру, прибавляет возраст. Мне точно. В жизни я, наверное, другая. Сильно отличается стиль одежды. Мне говорили: вы в кадре выглядите слишком строгой, ставили это в упрек. 

Но формат новостей не предполагает заигрываний. Вот мужа моего камера ненамного меняет. 

Он какой на экране, такой и в жизни. Если мы идем вдвоем и я отстаю на пару шагов, то хорошо слышу и вижу, как люди на него реагируют. Его узнаваемость почти 100%-ная.

— В одном интервью вы признались, что считаете мужа красивее себя, это серьезно?

— Как можно сравнивать мужскую и женскую красоту? Красив ли мой муж? Конечно! И я думаю, многие согласятся.

— В 2007 году у вас были черные волосы, и, к примеру, мой муж упорно считает, что так было лучше. Вообще как удается хорошо выглядеть, подскажите хотя бы диету. Я это к тому, что в одном интервью вы упомянули, что делали дома чебуреки.

— Волосы у меня были всех цветов и оттенков. Большую часть жизни — длинные, что для телевидения есть проблема. Уложить их строго и красиво получалось не всегда. Попытки стать блондинкой предпринимались еще на БГТРК. Когда вечером с эфира я ушла черной, а вернулась утром белой, мне сказали: ай, ай, Инесса, нельзя так относиться к чувствам телезрителей. Приняла к сведению. Когда перешла на «Ариг Ус», подстриглась, и даже плакала по этому поводу в салоне. Только спустя два года мы с моим мастером Аленой Калашниковой, наконец, нашли нынешний образ блондинки, и в нем я чувствую себя достаточно комфортно.

Чебуреки и сейчас есть, но редко. Спортом не занимаюсь — нет времени. Плюс с работой редактора в режиме нон- стоп с 9 утра до 19.30 не всегда удается и пообедать. После того как супруг сбросил почти 20 килограммов, мы перешли на здоровое питание, чему я очень рада. Почти перестали есть колбасу, жареное мясо, из дома исчезли булки, килограммы печений, конфеты. Вместо традиционных гарниров — овощи. Это стало нормой жизни.

— Недавно «Ариг Ус» изменил подачу новостей, и теперь ваши ведущие стоят в полный рост, демонстрируя туфли и колготки. С чем это связано, и насколько сложнее стало готовиться к съемкам в плане одежды?

— Почти месяц мы работаем в новой современной студии, где интересный дизайн, интерактивный экран и масса технических возможностей. Мы долго шли к этому решению, в финансовом плане очень смелому, учитывая современное экономическое состояние в стране, и, конечно, это заслуга Татьяны Евгеньевны Мантатовой. С нетерпением ждали открытия и очень довольны тем, что получилось. Надеемся, что наши телезрители оценят новые качественные преимущества телекомпании. К примеру, теперь можем выводить картинку на экран, использовать компьютерную графику, позвать эксперта, можем двигаться в студии. 

Все журналисты, гости, которые приходят в студию (рубрика «Народный контроль», «ЧП», «Интернет»), они тоже работают в полный рост. 

В этой же студии мы делаем новую утреннюю программу «ТЭЦ-3», работающую в прямом эфире, позволяющую «вживую» общаться со зрителями, и это здорово. Ради таких творческих возможностей можно пережить туфли и колготки.

— «Ариг Ус» вышел из «Провинциальных анекдотов», прошел период активной борьбы с мэрией, помойками и прочими коммунальными проблемами. Что такое ваш телеканал сейчас, каким вы его хотите видеть? Тревожит ли конкуренция с приходом на рынок Интернета и кабельного телевидения — АТВ, РТК?

— Конкуренция — это всегда хорошо, она держит в тонусе. АТВ по-хорошему завидую, потому что быть молодым и злым всегда легче. Держать планку лидера намного сложнее. Так было всегда, в гонке за рейтингом мы то вырывались вперед, то отставали. Это непросто, зато интересно. Бодрит — точно.

Мы в вечном поиске, останавливаться нельзя. Да, было время, когда резкая критика, негатив приносили результаты. 

«Ариг Ус» был единственным каналом, который, не стесняясь в выражениях, говорил, как обстоят дела в городе на самом деле.

Мы и сегодня не меняем критического настроя. Но, мне кажется, «Ариг Ус» стремится быть взрослым серьезным телевидением. Не просто рассказать о событии, а попытаться найти причину, следствие. Причем мало рассказать первыми, надо это сделать по-особенному. 

Классические новости, которые только освещают, но не желают делать выводы, это точно не наш путь.

При этом мы понимаем, что помойки тоже нужны, хотя бы потому, что они есть в наших дворах. Стараемся больше привлекать к процессу зрителей: интерактивы, опросы, рубрика «Народный контроль», куда все желающие могут прислать видео. Горожане снимают то, что их задело, мимо чего они не смогли пройти. А мы продвигаем идею — равнодушных быть не должно, «давайте делать телевидение вместе», давайте вместе менять нашу жизнь к лучшему. СМИ — четвертая власть, и мы очень радуемся, когда наши сюжеты влияют на ситуацию, помогают кому-то, формируют общественное мнение.

— Все-таки негатив на «Ариг Усе» остается?

— Мы понимаем, что происшествия — это тоже вечный интерес человека, его естественные эмоции. Но пьяная бытовуха уже не станет нашей первой новостью, и возможно, сегодня она вообще не попадет в новости «Ариг Уса», хотя так было не всегда. Знаете, черный юмор из жизни редакции: одна журналистка кричит: «Ура, девочки, я побежала, у меня две расчлененки!». Цинизм профессии, издержки есть, но нельзя, чтобы они победили. Например, в какой-то момент мы решили, что больше не говорим о самоубийстве детей, потому что это может кого-то спровоцировать. Стараемся уходить от чернухи, может быть, не так быстро, как хотелось бы, но этот процесс идет. Каждый день мы решаем вопрос: что показать и как, что важнее? Как сделать так, чтобы наш постоянный зритель остался с нами и к нему присоединился кто-то еще?

— Убедили, присоединяюсь!


Также читайте

Чем мы хуже Китая
  • 5 Июня в 15:22
  • 206 комментариев
Честный (не местный) детектив
  • 5 Июня в 14:27
  • 61 комментарий
Зелёный город распила
  • 25 Мая в 14:48
  • 29 комментариев
Кому нет необходимости...
  • 5 Апреля в 17:27
  • 185 комментариев